Пишу(точнее пытаюсь написать в поисках самореализации!) фатрачтическую книгу, но я очень не уверен в ее качестве, так что очень нуждаюсь в ваших отзывах!
Вообщем действие происходит в несуществовавшем никогда мире, это время еще так-сказать до прихода Христа и все такое-это время когда человечество стало преобладающей расой на земле, но веть это вовсе не означает что небыло других возможно гораздо более развитых и перспективных существ. Тут мораль главная такова что нестоит забыватся и думать что ты, вы, мы, или я такие прям непревзойденые, нужно быть чеснее и менее надмеными и незабыть про то что все в нашем мире времено и когдато прийдет и наше время и как бы мы себя не любили и не щитали лучше других реальность жизни показывает что всегда есть кто-то лучше, так что давайте не забыватся друзья! Ну а книга просто описывает фантастические приключения и вот кусочек из начала кники, надеюсь вам понравится но незабывайте это лиш набросок -черновик. Итак как все начиналось:
Действующие лица: Мастер Создатель (МС), Кирюха Московский (КМ), рыбаки, ПВ.
Место действия: Окрестности возле причала близ Форпоста.
Время действия: Обеденное время, близкое к насыщению желудка.
Возле причала толпами ходят рыбаки вокруг мешков с рыбой и уныло посматривают на часы. Ближе к условному «Часу Ч», когда с причалов отходят телеги с рыбными заготовками в Форпост, рыбаки оживляются и стягиваются к дверям. Пробивает «Час Ч» и они бросаются в узкие двери рыбной лавки где Циклоп принимает заготовки. Но далеко не всем удаётся сдать свои кровно заработанные припасы. Некоторые застряют в дверях, время от времени возникают потасовки. В сторонке на коленях стоит маленький рыбак у небольшой котомки и, устремив глаза в небо, молится.
(Рыбак) – МСушка, сделай так, чтобы я мог сдать рыбу на причал. Ты же добрый, ты всё можешь. А я обещаю, что как только подрасту, то куплю себе что-то в Доме Дилеров, и буду славить тебя. Боженька, ну сделай так, чтобы причалы обнулились. Ну сделай так. Ну что тебе стоит их обнулить.
Из кустов рядом с рыбаком раздаётся шорох и появляется КМ, озираясь по сторонам. В правой руке у него зажато детское полупрозрачное ведёрко, в котором плещется рыба. Рыбак прыгает за куст и КМ его не замечает. В это же время разверзаются небеса и появляется заспаный лик МСа.
(МС) – Чего тебе, холоп, обломить?
(Рыбак) – Кирюха… Московский… Рыба…
Рыбак не замечая МСа, продолжает пялиться на идущего к причалу КМ.
(МС) – Кирюху обломить?
Действующие лица: Alonso (Алонсо), FENDER (Фендер).
Место действия: Форпост, мастерская Алонсо.
Раннее утро. Алонсо, одетый, как и положено портному, в цветную рубашку, фартук и ермолку, время от времени поправляет пейсы, и что-то шьёт, напевая под нос «Семь сорок». На столе стоит ещё тёплая маца и лежит большой кусок сала, порезанный тонкими ломтями.
Стук в дверь.
(Алонсо) – Таки войдите.
Входит Фендер в неизменном френче военного образца, галифе и в левой руке зажав верную трубку.
(Фендер) – Здравствуй, дорогой.
(Алонсо) – Вай мэ, а шоб я сдох, какие люди!
(Фендер) – Узнал, дорогой?
(Алонсо) – Не, таки шоб я жил долго – таки да.
(Фендер) – Ты, дорогой, определись, чтоб ты сдох, или чтобы жил долго, а то это в корне меняет дело.
(Алонсо) – Уважаемый Фендер, шоб вы жили долго, зачем пугаете старого скромного портного.
(Фендер) – Ты, Алонсо, не прибедняйся. «Простой», говоришь? А зуб золотой от нищеты?
(Алонсо) – Не, это таки не зуб, а все мои сбережения, за годы собранные.
(Фендер) – И не боишься всё с собой носить?
(Алонсо) – Так а шо мне таки сделается? Я по вечерам не хожу тёмными переулками, дома вот сижу, шью помаленьку, людей одеждой радую.
(Фендер) – Собственно по поводу одежды я и зашёл к тебе, дорогой. Когда мне телеги присылать?
Действующие лица: Katapult (Пульт), чУда Ф перЬях (Чу), Неизвестный алхим (Алхим).
Место действия: У стен Некрополя, Кровавый берег.
Смеркалось. У стены стоял Пульт и нежно душил пойманного Алхима. Лицо Алхима приобретало сказочные тона заката, сулившего на следующий день ветер и переменную облачность.
(Пульт, разжимая руки) – Я тебе говорил, на Кровавый больше не ходить?
(Алхим, жадно глотая воздух) – Говорил…
(Пульт) – Я тебе говорил, что придушу?
(Алхим) – Говорил…
(Пульт) – Я тебе говорил, что в рог дам?
(Алхим) – Говорил…
(Пульт) – Где рог?
(Алхим) – Какой?
(Пульт) – В который я тебе сейчас дам!
Из-за поворота показалась Чу, таща в правой руке ведро с краской, а в левой зажала кисточку, которой вяло отбивалась от огра.
(Чу) – Привет, Пульт. Ты чего это с алхимом делаешь?
(Пульт) – Привет, Чу. Да вот, учу его, одноглазого, понимать человеческую речь.
(Алхим, тихо) – Я не одноглазый…
(Пульт, тыкая пальцем в глаз Алхиму) – Я сказал, одноглазый, значит одноглазый. И вообще, не перебивай, когда старшие разговаривают.
Для пущей убедительности он снова сжал горло Алхиму, отчего оставшийся глаз выпучился, как у жабы на сносях.
(Пульт) – Вот молодёжь пошла, ни грамма уважения. А ты чего, Чу, опять портить стены Некрополя будешь?
(Чу, обижено) – Много ты, Пульт в искусстве понимаешь. Я не порчу стены, а придаю им эстетический вид.
(Пульт) – Ну да, только слова у тебя почти все матерные.
Действующие лица: FENDER (Феня), Алакар (Ал), Ненавидящий ПВ (НПВ), ИнфлюЭнциЯ (Инфля), КОСМОС (Кос), другие ПВ.
Место действия: Обитель Закона, Форпост.
На своих рабочими местами сидят ПВ и занимаются своими нехитрыми делами. НПВ на своём столе выкладывает из крысиных хвостов неприличное слово и делает при этом задумчивое лицо. За своим рабочим столом сидит Инфля и так быстро листает личные дела, что со стороны кажется, словно у неё восемь пар рук и столько же пар глаз. Изредка она махает одной рукой со штампом «Проверка пройдена», перед этим поднося штамп к лицу мирно спящего на стульях у окна Коса. Судя по всему, дыхание освежает краску на штемпеле, так как оттиск на документах получается ярким, сочным. Над столом Инфли в резной рамке висит плакат, где Gumers, забросив за спину ручное оружие, с лопатой в руках отбрасывает что-то из даже на вид мерзкой кучи, на которой красуется надпись «Форум». Рядом с фигурой красуется алеющая надпись «Превратим наш форум в образцово-показательный!». Рядом с кучей валяются обездвиженные остатки чьих-то тел. Видать, это те, кто мешал мужу Инфли заниматься своим нелёгким трудом.
И тут Инфля, резко прекратив движения, замерла, напряжённо глядя на НПВ
(Инфля) – НПВ, ты чем это там занимаешься?
(НПВ) – Да вот, над новым законом об общении думу думаю…
(Инфля, ласково) – НПВ, а ты ничего не путаешь, милый?
(НПВ) – Не, не путаю. Хвостов не хватает, как ни крути.
(Инфля) – Ты мне хвостами зубы не заговаривай! Ты когда за Закон о кланах примешься? А?
По залу пролетел горестный вздох. Послышались реплики «О торговле… Об услугах… О… О…».
(НПВ) – Вот счас кончу, и сяду за кланы.
(Инфля) – Ты, НПВ, нарываешься. Вот попрошу у мужа лопату, и кааак...
Дальше с треском распахивается окно и в него влетает в буквальном смысле слова Алакар. Одну руку он протягивает вперёд, на манер Супермена, в другой зажат объёмный мешок. Приземлившись посреди зала, Ал становится в торжественную позу.
(Ал) – Я Красный Плащ!
Немая сцена. Все ПВ, выпучив глаза смотрят на Ала. Тот в замешательстве оглядывается.
Ты тихонько ушла,
Дверь, прикрыв за собой,
Обещая вернуться не скоро…
Уносили листву,
Те по ветру слова,
В золотую осеннюю пору…
И ручей не журчит,
Стонет тихо, слегка,
Гор скалистых лаская опоры…
В одиночестве плавно,
Текут облака,
Прикрывая небесные взоры…
Ты покорила мою душу,
О Муза, что дала мне дар,
Я без тебя любви услады,
От блудной девицы познал,
Не той любви, что ты дарила,
А той, которой не познал...
Греху предамся тёмной ночью,
И уголком блестящих глаз,
Я посмотрю в твоё окно,
И вспомнив твои слёзы...ласки...
Себя навеки прокляну...
Вендетта вновь меж Тьмой и Светом,
Средь них, стоишь и плачешь ты,
Да, помню, как тебя я предал,
Познав любви твоей плоды...
Оденешь амулет потери,
Саван из капелек росы,
Те капли, что впитали ночью,
Свет затмевающей луны...
Слезинки грусти и печали,
Стекают с твоих бледных щек,
Любви плоды, что Мы познали,
Я для тебя не приберёг...
В душе печального поэта,
Был погребён весенний сад,
Давно уж позабыто лето,
Поэт ему совсем не рад.
И вот, зима на сердце –
Вьюгой завывая,
Ему тихонько повторяет,
«Печаль-тоска, а грусть-любовь»…
Осенний ливень,
Словно дыхание во сне,
Той самой, что совсем не ждёт,
Не любит и не проклинает…
Той самой, что когда то солнцем,
Осветит путь в ночи чужой…